Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

promo bydloman march 22, 2010 17:31 36
Buy for 10 tokens
Сегодня мы поговорим о прекрасной картине художника Тициана "Венера Урбинская". На переднем плане бесстыдно валяется нагая девица. По названию нетрудно догадаться, что зовут ее Венера, фамилия - Урбинская. Отчества автор решил не указывать - видимо, чтоб не травмировать отца. Ноги у девицы…
UserSiski

Верность и Ложь. Глава 3









Феникс


Янику это совсем не нравилось.


– Кэп, мне это совсем не нравится.


Collapse )

PS. Если кто не понял, это продолжается запись на бета-тест книжки "Верность и Ложь" писателя Роба Хейса. Подробности здесь:
https://bydloman.livejournal.com/720684.html
Это последняя глава в открытом доступе, все следующие будут видны только тем, кто записался на бета-тест.
UserSiski

Тестируем Закончили тестировать первую серию пиратов! Ар-р-р-гх!


Upd. Запись на бета-тест закончилась!!!
Нужны Были нужны бета-тестеры: есть желающие прочитать в режиме real-time книжку Роба Хейса «Верность и Ложь» в моём переводе?

Это дилогия, называется «Продуманные Планы» — и это продолжение трилогии «Связующие Узы», которую пару лет назад желающие могли прочитать — в том числе две последние книжки в моём переводе

Collapse )
UserSiski

"Украинское правительство сфабриковало смерть журналиста. Оно того стоило?" (с) The Washington Post

В России все уже второй день ржут над мега-журналистом А.Бабченко и невероятной спецоперацией СБУ по его воскрешению.
Но, возможно, за рубежом иначе воспринимают эту удивительную историю?
Предлагаю краткий дайджест цитат из западных СМИ.


Collapse )
UserSiski

Первый Закон. Аберкромби. Выжившие

Часть I


         Клинок сам провоцирует насилие[1]


         Гомер


Выжившие





         Плеск воды. Это было первое, что он услышал. Плеск воды, шелест деревьев, какой-то щелчок и щебет птицы.


Collapse )
UserSiski

Артемий Троицкий и несчастный случай

Известный оппозиционер Артемий Троицкий предлагает любому встреченному ватнику "выписать в лоб":

3198328_original.jpg

Но для Артемия это нисколько не удивительное высказывание. Удивило меня другое.

Collapse )
UserSiski

Полмира. Джо Аберкромби

В феврале следующего года выходит "Полмира" (Half the World), продолжение книжки "Полукороль" британского писателя Джо Аберкромби.
Уже сейчас можно почитать первые три главы.

B1ryFAoCQAAnTHD

Мой перевод первой главы:

ДОСТОЙНАЯ

Он заколебался лишь на миг, но Колючке этого было достаточно, чтобы врезать ему по яйцам кромкой своего щита.
Даже сквозь галдеж других парней, которые болели за ее проигрыш, она слышала стоны Бренда.
Отец Колючки всегда говорил ей: миг, когда ты промедлишь, будет мигом твоей смерти. И всю свою жизнь, в радости или по большей части в горе, она жила, следуя этому совету. Так что она оскалила зубы в воинственном рыке – ее любимое выражение лица, в конце концов – вскочила с колен и набросилась на Бренда еще сильнее.
Collapse )

PS. Как обычно, буду рад всем замечаниям.
UserSiski

Что американцы увидели со спутника

Нынче все смеются над тупыми американскими разведчиками, которые не знают ни национальности, ни других отличительных черт лиц, стрелявших по Боингу, но все равно винят проклятого Путина.

А отчего-то наши СМИ не обратили внимания на маленький нюансик в донесении разведчиков. Вот, к примеру, пишет (среди прочего) LA Times:

"U.S. officials said it was possible the SA-11 was launched by a defector from the Ukrainian military who was trained to use similar missile systems"

(официальные лица сообщили, что ракету возможно пустил перебежчик из украинских войск, которого учили использовать такие системы)

Сразу возникает вопрос: а чой-то "официальные лица" приплетают сюда каких-то перебежчиков, когда гораздо проще утверждать, что ракету пустил лично Путин русский специалист, или хотя бы террорист, натренированный лично Путиным в проклятой Рашке?

Collapse )

 

 
UserSiski

Полукороль. 2. Долг

Они не выглядели мертвыми.
Лишь очень белыми. Они лежали на холодных плитах в холодной комнате, укрытые саванами до подмышек, и у каждого на груди блестел обнаженный меч. Ярви все ждал, что рот брата искривится во сне, а глаза отца откроются, чтобы взглянуть на него с обычным пренебрежением. Но они не открывались. И уже не откроются.
Смерть отворила им Последнюю Дверь, и оттуда нет возврата.
– Как это произошло? – услышал Ярви голос матери за дверью. Голос был, как всегда, спокойным.
– Предательство, моя королева, – пробормотал дядя Одем.
– Я больше не королева.
– Конечно… Прошу прощения, Лаитлин.
Ярви протянул руку и тихонько дотронулся до плеча отца. Такое холодное. Он раздумывал, когда в последний раз касался отца. Касался ли вообще? Он хорошо помнил, когда в последний раз они перекинулись словами о чем-то важном. Много месяцев назад.
Отец говорил, что мужчина машет косой и топором. Мужчина тянет весло и вяжет узел. А самое главное – мужчина держит щит. Мужчина держит оборону. Мужчина прикрывает напарника. Что за мужчина, который ничего из этого не может?
"Я не просил полруки", – сказал Ярви, со смесью стыда и ярости. Он часто оказывался в бесплодной пустыне между этими чувствами.
"Я не просил полсына".
А теперь король Утрик был мертв, и королевский обруч, поспешно уменьшенный, давил на лоб Ярви. Давил намного сильнее, чем должна давить эта тонкая полоска металла.
– Я спрашивала, как они умерли, – говорила его мать.
– Они отправились говорить о мире с Гром-гил-Гормом.
– С проклятыми ванстерами мира быть не может, – донесся глубокий голос Хурика, который был избранным щитом его матери.
– Им нужно отомстить, – сказала мать.
Дядя попытался успокоить бурю:
– Но сначала, конечно, время горевать. Верховный Король запретил начинать войну, пока…
– Месть! – Ее голос звенел, как бьющееся стекло. – Быстрая, как молния, жаркая, как огонь.
Взгляд Ярви скользнул на труп брата. Когда-то в нем были быстрота и жар. Сильная челюсть, толстая шея, зачатки темной бороды, как у отца. Он был не похож на Ярви, насколько это было возможно. Ярви считал, что брат любил его. Любовью, от которой оставались синяки, и каждое похлопывание оказывалось ударом. Любовью, которой любят того, кто вечно ниже тебя.
– Месть, – прорычал Хурик. – Надо заставить ванстеров заплатить.
– Черт с ними, с ванстерами, – сказала мать. – Надо заставить наших людей служить. Они должны знать, что в их короле есть твердость. Когда они будут счастливы на коленях, пусть хоть Мать Море выйдет из берегов от твоих слез.
Дядя тяжело вздохнул.
– Значит, месть. Но готов ли он, Лаитлин? Он никогда не был воином…
– Он должен сражаться, готов он или нет! – отрезала мать. Люди рядом с Ярви всегда говорили так, словно он был не только калекой, но и глухим. Похоже, его неожиданное возвышение не избавило их от этой привычки. – Готовьтесь к великому набегу.
– Где нападем? – спросил Хурик.
– Важно лишь то, что мы нападем. Оставь нас.
Ярви услышал стук закрывшейся двери и мягкие шаги матери по холодному полу.
– Перестань реветь, – сказала она. Только тогда Ярви понял, что его глаза увлажнились. Он вытер их, шмыгнул и устыдился. Он всегда стыдился.
Она сжала его за плечи.
– Стой прямо, Ярви.
– Извини, – сказал он, пытаясь выпятить грудь так, как делал его брат. Он всегда извинялся.
– Теперь ты король. – Она поправила его пряжку, попыталась пригладить его светлые волосы – коротко остриженные, но вечно всклокоченные – и, наконец, прикоснулась холодными пальцами к его щеке.
– Никогда не извиняйся. Ты должен носить меч твоего отца и возглавить набег против ванстеров.
Ярви сглотнул. Мысль о набеге всегда переполняла его ужасом. А уж возглавить его?
Одем, должно быть, увидел его страх.
– Я буду вашим напарником, мой король, всегда возле вас, и мой щит будет наготове. Какая бы помощь ни понадобилась, я буду рядом.
– Благодарю, – промямлил Ярви. Лишь одна помощь была ему нужна: чтобы его отправили в Скекенхаус для прохождения испытания на звание министра. Чтобы сидеть в тени, а не на всеобщем обозрении. Но теперь эта мечта обратилась в прах. Его мечты, как плохо размешанный известковый раствор, были склонны рассыпаться.
– Ты должен заставить Гром-гил-Горма страдать за это, – сказала мать. – А затем ты должен жениться на своей кузине.
Он мог лишь уставиться в ее железно-серые глаза. Пришлось смотреть немного вверх, поскольку она все еще была выше него.
– Что?!
Мягкое прикосновение превратилось в железную хватку, сдавившую его челюсть.
– Слушай меня, Ярви, и слушай внимательно. Ты король. Возможно это не то, чего мы оба хотели, но это все, что у нас есть. Все надежды сейчас на тебя, и они – на краю пропасти. Тебя не уважают. У тебя мало союзников. Ты должен сплотить нашу семью, женившись на дочери Одема, Исриун, как должен был твой брат. Мы всё обговорили. Это решено.
Дядя Одем поспешил уравновесить лед теплом.
– Ничто не обрадует меня больше, чем стать вашим тестем, мой король, и видеть, как наши семьи навсегда соединятся.
Ярви отметил, что чувства Исриун не брались в расчет. Как и его чувства.
– Но…
Брови матери нахмурились. Глаза прищурились. Он видал героев, которые трепетали под этим взглядом, а Ярви героем не был.
– Я была помолвлена с твоим дядей Утилом. До сих пор среди воинов ходят легенды о его искусстве владения мечом. С твоим дядей Утилом, который должен был стать королем. – Ее голос надломился, как будто слова причиняли боль. – Когда Мать Море поглотила его, и над берегом возвели пустой курган, я на этом самом месте вышла замуж за твоего отца. Я отбросила чувства и исполнила свой долг. То же должен сделать и ты.
Ярви взглянул назад, на красивый труп брата, размышляя, как она может так спокойно планировать, в то время как ее мертвые муж и сын лежат на расстоянии вытянутой руки.
– Ты не оплакиваешь их?
Внезапный спазм перекосил лицо матери, вся ее тщательно выстроенная красота раскололась, губы скривились, глаза закатились, и жилы на шее натянулись. Один ужасный миг Ярви не знал, ударит она его или разразится рыданиями. И еще неизвестно, что напугало бы его больше. Затем она хрипло вздохнула, вернула на место выпавший локон светлых волос, и снова стала собой.
– По крайней мере, один из нас должен быть мужчиной. – Она по-королевски развернулась и величественно покинула комнату.
Ярви сжал кулаки. Точнее – один кулак, и прижал большой палец к искореженному обрубку на другой руке.
– Спасибо за слова одобрения, матушка.
Как всегда, он был зол.
Он услышал, как дядя шагнул ближе и сказал мягким голосом, каким мог бы разговаривать с норовистым жеребенком:
– Ты же знаешь, твоя мать любит тебя.
– Знаю?
– Она должна быть сильной. Ради тебя. Ради страны. Ради твоего отца.
Ярви перевел взгляд с тела отца на лицо дяди. Так похож, и в то же время так не похож.
– Слава богам, что ты здесь, – сказал он. Слова застревали в горле. По крайней мере, один член семьи о нем заботился.
– Мне жаль, Ярви. Правда, жаль. – Одем положил руку на плечо Ярви, в его глазах блеснули слезы. – Но Лаитлин права. Мы должны делать то, что лучше для Гетланда. И должны отбросить чувства.
Ярви тяжело вздохнул.
– Я знаю.
Его чувства отбрасывали с тех пор, как он себя помнил.


Следующая глава ->
UserSiski

(no subject)

"Большинство людей почему-то никак не могут уразуметь, что на крушении цивилизации можно заработать ничуть не меньше денег, чем на создании ее".

(с) М.Митчелл
"Унесенные ветром"